Квинтет времени. Книга 5. Острова во времени - Мадлен Л`Энгл

Полли посмотрела на нее вопросительно.

– Мои бабушки и все женщины до них использовали старые простынки, любое старое тряпье. Ну а в каменном веке никакого тряпья не было. Изоляция женщин во время менструаций была обычной санитарной мерой, и многие женщины с нетерпением ждали этого ритуала, потому что тогда они могли побыть вместе и отдохнуть от повседневного непосильного труда. Это было время восстановления сил, покоя и молитвы.

– Об этом я не задумывалась, – призналась Полли. – Наверное, я очень многое принимаю как само собой разумеющееся. Но разве мужчины не считали, что женщины в такое время отделены от Бога? Кажется, я об этом где-то читала…

Доктор Луиза улыбнулась:

– Ну, об этом лучше спросить у Нейса. Я тебе одно могу сказать: суеверия существуют столько же, сколько и само человечество.

Полли так и стояла, перекинув через руку посудное полотенце.

– Ну хорошо. Да. Но как насчет кровавых жертвоприношений?

– Я так думаю, что это суеверие, – сказала доктор Луиза. – Земле вовсе не требуется человеческая кровь, чтобы быть плодородной.

– Но тогда как же… как же тогда…

– Да, Полли? – подбодрила ее бабушка.

– Но тогда как же Иисус? Разве нам не положено верить, что Он обязан был пролить свою кровь, чтобы спасти нас?

Доктор Луиза решительно покачала головой:

– Нет, Полли. Он не обязан был это делать.

– Но тогда…

– Допустим, кто-то из твоих братьев или сестер попал в аварию, потерял много крови, и ему требуется переливание, и твоя кровь как раз подходит. Ты бы дала свою кровь?

– Ну конечно!

– Но ты сделала бы это из любви, а не потому, что ты обязана это сделать, верно?

– Ну да, разумеется, но…

– Полли, я врач, а не теолог, и гроздья христианских догм представляются мне чем-то вроде ракушек, облепивших могучую скалу. Я не думаю, что Господь потребовал, чтобы Иисус пролил кровь против своей воли. Он сделал это в мучениях, да, – но с любовью. Все, что бы мы ни давали, мы должны давать ради любви. Мне кажется, в этом и есть суть Бога.

– Ладно, – сказала Полли. – Ладно. Хорошо. Не то чтобы я все поняла, но это звучит логично.

Она посмотрела на доктора Луизу. Наверное, она хороший доктор – такой, которому действительно можно доверить свою жизнь…

– Полли, – заговорила бабушка, – а к чему все эти странные вопросы?

– Ой… ну… вот Тав, похоже, верит в кровавые жертвоприношения…

– Тав жил три тысячи лет тому назад, – напомнила ей бабушка. – Он не знал, что случится на тысячу лет позже.

Снаружи донеслись шум подъехавшей машины и гудок. Огам залаял, предупреждая хозяев, и замахал хвостом, готовясь встречать гостя.

Миссис Мёрри погладила собаку по голове:

– Спасибо, Ог. – Она обернулась к двери. – Наверное, это Закари.

– Зови его в дом, – предложила доктор Луиза. – Нальем ему чайку.

Закари снова припарковался на дорожке. Он поздоровался, поцеловал Полли.

– Спасибо, что разрешила приехать, – сказал он. – Для меня это очень важно.

– Хорошо, что ты приехал. Заходи в дом, поздоровайся.

– А кто там?

– Дедушка с бабушкой, хотя дедушка сейчас на улице возится. И еще бабушкина подруга, доктор Луиза. Ты с ней уже знаком.

– Ага. Она приятная. Может быть, чуточку устрашающая, но приятная. А кто она по специальности?

Они пошли в дом через гараж.

– Терапевт. Но она говорит, что на самом деле она сельский врач – практически вымирающий вид. Редкий, во всяком случае.

Они миновали лабораторию миссис Мёрри и поднялись по трем ступенькам, ведущим на кухню, как раз когда на плите засвистел чайник. Миссис Мёрри подошла к плите.

– Привет, Закари. Чайку с нами попьешь?

– Спасибо, с удовольствием. Добрый день, доктор Колубра. Рад вас видеть.

Закари вежливо пожал всем руки и сел за стол.

Миссис Мёрри разлила чай.

– Сахару? Лимончик будешь? А молоко?

– Нет, спасибо, ничего не надо.

Она протянула ему чашку.

– Сегодня опять чудный осенний денек. У вас с Полли есть какие-нибудь планы?

Закари был одет в джинсы, мешковатый ирландский свитер и новенькие кроссовки.

– Ну, я думал, мы сходим погулять…

– Отлично! Если доехать до горнолыжных склонов, там как раз есть приятные дорожки.

– А Полли говорила, у вас и тут есть где погулять.

– Ну да, но…

«И что теперь? – подумала Полли. – Как они собираются заставить нас убраться подальше отсюда?»

Миссис Мёрри деловито доливала воду в заварочный чайник.

– А то еще, говорят, в городе сейчас кино идет хорошее, сходите, если хотите. Туда всего полчаса езды.

– Да нет, спасибо, – отказался Закари. – В кино я в любое время сходить могу, а сейчас мне больше хочется побродить и пообщаться с Полли.

Полли пристроилась на табурете у кухонного стола, где бабушка обычно резала овощи, и ждала. Она понимала, что надо сказать что-нибудь, предложить что-нибудь разумное, но в голову ничего не приходило. Как ей рассказать о своих путешествиях в эпоху Анараль? Закари ведь даже не подозревает, что девушка, которую он тогда видел, из прошлого. И если он хоть чуть-чуть небезразличен Полли, она сделает все, чтобы его не втянуло во все это еще сильнее.

– Закари, – проявила настойчивость миссис Мёрри, – я просто прошу тебя погулять с Полли где-нибудь в другом месте. Скажем, у горнолыжных склонов.

Закари поставил чашку на стол.

– Спасибо, отличный чай. Миссис Мёрри, что происходит? Это имеет какое-то отношение к тому человеку с собакой или к девушке, которую я видел пару дней тому назад? Полли как-то очень уклончиво о ней говорила.

– Анараль? Ну, в каком-то смысле да.

– Мне не хочется показаться настырным, но все же не могли бы вы объяснить?

Доктор Луиза встала, отнесла чашку к раковине, сполоснула ее и поставила на сушилку.

– Хорошо, Закари. Ты хочешь, чтобы тебе все объяснили?

– Да, пожалуйста.

– Мой брат, бывший епископ, нечаянно открыл временной портал в прошлое, на три тысячи лет назад, когда среди здешних туземцев жили друиды. – Ее голос звучал ровно, без эмоций. – Девушка, которую ты видел в четверг, друидка и пришла из того времени. Ее народ в целом мирный, но один из кельтов, приплывших сюда из Британии, верит, что Мать-Земля требует человеческой крови, чтобы прекратилась засуха, которая гонит в эти земли другие местные племена, не столь мирные.